21:16 

мелочь

Lisitca
Strangers have the best candies
Мелкий улетел вчера и сегодня уже мелькает в скайпе. Я конечно, ему не пишу и не буду, он, конечно, тоже не пишет. Но всплывающая надпись такой-то онлайн все-же успокаивает. Новости я не читаю, принципиально игнорирую – а вот они меня нет. Сколько не пролистывай не всматриваясь заголовки – они все равно проникают в твою жизнь и в твою голову – когда какой-то из этих дурацких тупых заголовков внезапно оказывается палкой в колесе, камнем на рельсах – и жизнь кого-то близкого летит под откос. Так что теперь я знаю, как выглядит город Славянск. Малой делает ударение на первом слоге, почему-то, хотя с позиции русского языка привычнее и логичнее – на второй.
А еще малой постоянно теребит браслет – расстегивает-застегивает-снимает с руки-надевает на шею-снова на руку. Малой постоянно движется, даже когда он ничего не делает –вертит что-то в руках. Крутит башкой по сторонам. Малой выдает сто тысяч слов в минуту, чертов пиздлявый ящик. Как это меня раздражало при первых встречах – я передать не смогу даже на трех имеющихся в моем распоряжении языках. Примерно так же, как сейчас меня раздражает то, что все глаголы, относящиеся к нему я пишу в настоящем времени, кроме самого первого – улетел.

Улетел. Делает-теребит-расстегивает-надевает. Улетел.

Бывают дурацкие моменты, которые запоминаешь так, как будто у тебя в голове они отпечатываются на такой волшебной фотобумаге.

При чем, обычно это не то, что принято относить к «памятным» событиям. Типа первого поцелуя, выпускного, предложения руки и сердца или чего-то такого. Что-то такое – обычно и правда подкрепляется фотками, которые никогда не пересматриваешь и вызывает легкую растерянную мысль – по идее я должен к именно к этим воспоминаниям возвращаться, ностальгировать, тетешкать их сквозь года, а что-то не хочется. Ну было и было. Потому что «памятные» события в конце концов запланированы в жизни каждого. Все когда-то целуются. Все когда-то выпускаются. Предопределенность убивает красоту момента и делает его просто галочкой «выполнено».

Волшебная фотобумага вбирает только случайности.

И внезапно понимаешь, что не помнишь лицо первого любовника, но отчетливо можешь воспроизвести лицо ничего-не-значащего человека, с которым столкнулся случайно и даже не был дружен.

Кстати, мелочь – не красив совершенно. Отталкивающе не красив, я бы сказала. Все, что в нем есть привлекательного – очень яркие темные глаза, живые, любопытные. С девчачьими пушистыми ресницами. Все остальное – мягко говоря не айс.

Но, наверное, лет через сколько-то, я этого помнить уже не буду даже не потому, что его морда никогда меня особо не интересовала. Просто та самая фотобумага запоминает только действительно важное.

Как-то смешно, но так уж вышло, что важным во всем нашем знакомстве оказалось не начало его, а окончание) Мы, конечно, провожали мелкого в старом добром учительском кабаке, который закрылся в два. Случайно – пошли не по домам, а гулять. Случайно в начале четвертого оказались на крыше какого-то совершенно чужого дома. Из новеньких высоток перед кампусом, тех, которые с охраной, входом по карточками и прочими причиндалами. Случайно в Харбине летом рассвет начинается в три.

На моей волшебной фотокарточке мы стоим на этой крыше вчетвером. То есть стоим-то мы втроем, а мелочь носится из одного конца в другой и показывает нам город – собственно это он нас завел на эту крышу и это самый классный прощальный подарок, какой он только мог бы сделать. Башня Дракона с этого места кажется такой маленькой, кампус огромен, до Фокса можно дотянуться рукой, а Солнечный остров как будто плывет по воздуху, потому что реку не видно за слоем то ли смога, то ли утреннего тумана.

На крышах всегда ветрено. Намечается очередной невыносимо жаркий день, но до жары еще есть пара часов. Воздух прохладный и пыльный, мы хрустим самыми дешевыми чипсами из всех возможных, мы не говорим ни о чем важном. О чем важном можно говорить в таких случаях? Крыши созданы для дешевых чипсов и разговоров ни о чем.

Рассвет летом происходит очень быстро, как будто просто щелкнули выключателем и свет включился. Солнце красное-красное, такого насыщенного темного оттенка, как осенние яблоки.

На волшебной фотокарточке я сижу на каком-то карнизе, Никита протягивает мне пачку, вытягиваю сигарету, Говард хлопает по карманам в поисках зажигалки. Внезапно как-то очень остро ощущается, что мы все – молодые. Моложе, чем на самом деле и пронзительно живые. Настолько что все еще шляемся по чужим крышам. Настолько, что можно потом достать это фото из памяти и подумать – Было. Жил. Мелочь стоит у дальнего края, улыбается, курит, щурится на зарю и внезапно на секунду, даже на полсекунды становится потрясающе красивым. Пыльный и ветреный харбинский рассвет делает его похожим на шального мальчишку со сбитыми коленками, который просто делает привал по дороге в Неверленд. Мелочь разворачивается к нам, снова становясь собой, швыряет не глядя окурок и тот летит с высоты тридцатого этажа целую вечность пока не достигнет асфальта.



@темы: ниочемные монологи, Музыка, Люди, свои

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Лисья нора

главная